КОСМИЧЕСКИЙ ОТВЕТ… КРИЗИСУ

 

     Ежегодно от землетрясений в мире гибнут около 30 тысяч человек. Экономический ущерб от сейсмических катаклизмов достигает сотни миллиардов долларов, что в небольших странах может составлять около 40% национального богатства. А все природные и техногенные бедствия, вместе взятые, обходятся человечеству более чем в 1 трлн. долл. в год. Эта сумма примерно в 100 раз превышает затраты на создание Международной аэрокосмической системы мониторинга глобальных явлений (МАКСМ), идею которой выдвинул Государственный космический научнопроизводственный центр им. М.В. Хруничева. Международная ассоциация «Знание», Международная академия астронавтики (МАА) и Российская академия космонавтики им. К.Э. Циолковского решили посвятить МАКСМ Международный специализированный симпозиум «Космос и глобальная безопасность человечества», который пройдет в ноябре 2009 г. на Кипре. Подробнее о теме симпозиума рассказывает Ефим МАЛИТИКОВ — член-корреспондент МАА и президент МА «Знание», представляющий ее в структурах ООН (ЮНИДО, ЭКОСОС, ДОИ).

     — Ефим Михайлович, прежде всего, скажите, какую конкретную пользу принесет система МАКСМ?

     — Речь идет о мониторинге предвестников землетрясений, извержений вулканов, засух, наводнений, оползней, штормов, а также техногенных катастроф. Это позволит не только их прогнозировать, но и впоследствии оперативно оценивать адреса и объемы необходимой помощи, в том числе гуманитарной. Например, цунами «преображает» земную поверхность так, что границы пострадавшей территории прекрасно видны из космоса. Не случайно девизом предстоящего симпозиума стала следующая формула: «Предупреждать стихийные явления и техногенные катастрофы, ослаблять их последствия и быть готовыми к ним — экономически более выгодно, чем реагировать на их последствия». В более отдаленном будущем человечество, вероятно, научится и предотвращать природные катаклизмы подобно тому, как мы уже умеем разгонять тучи и проливать дожди.

     — Почему аэрокосмический мониторинг нельзя было создать ранее? Появились новые технические возможности, ученые научились предсказывать землетрясения?

     — Это лишь одна из причин, хотя, конечно, важная. Действительно, сегодня из космоса можно рассмотреть зажженную спичку, тлеющий окурок, даже определить воинское звание по погонам. Современная космическая система в состоянии зарегистрировать такие предвестники землетрясений, как возмущения в ионосфере, озоновом слое и атмосфере, аномалии облачных полей, смещение земной поверхности, тепловые и гравитационные аномалии, изменения гидродинамики грунтовых вод. Однако не менее важно и то, что человечество начинает всерьез задумываться о своем будущем. Сотовая телефония, спутниковые технологии, Интернет настолько сблизили людей, что одновременно как бы «ужали» саму планету. Мы все лучше осознаем, насколько исчерпаемы ее ресурсы и велики нависающие над ней угрозы. Между тем, глобальный мониторинг требует и глобальных усилий, в одиночку ни одной стране с ним не справиться.

     — Насколько я понимаю, МАКСМ — проект изначально российский. Обеспечена ли ему достаточная поддержка за рубежом?

     — Да, Россия — инициатор и руководитель проекта. Вице-президент Российской академии космонавтики, академик МАА Валерий Меньшиков впервые рассказал о нем на международной конференции в Днепропетровске в 2007 г. В прошлом году Валерий Александрович выступал с соответствующими докладами на конференциях в Королеве, Шанхае, Тунисе и Глазго. Уже на этом этапе нас поддержали члены МАА из Германии, Индии, Италии, Китая, Нигерии, США, Туниса, Украины, Франции. Для укрепления полученной поддержки и привлечения к проекту других стран мы инициировали симпозиум «Космос и глобальная безопасность человечества». Организация объединенных наций и лично ее генеральный секретарь Пан Ги Мун уже одобрили его проведение, всестороннюю помощь обещал оказать президент Кипра Деметрис Христофиас. Сейчас активно проводятся мероприятия, в ходе которых поддержка нашей идеи, надеюсь, расширится до самого, что ни на есть, глобального масштаба.

     — Какие именно мероприятия?

     — В марте 2009 г. в Париже мы провели заседание президиума Международной академии астронавтики, на котором «сверили часы»: договорились о координации действий и в основном склонили на свою сторону скептиков с пессимистами, без которых не обходится, как вы знаете, ни одно большое начинание. Во французской столице из представителей Китая, России, США, Франции мы образовали рабочую группу Академии по проекту МАКСМ. В октябре нынешнего года в южнокорейском мегаполисе Тэджоне пройдет 60-й Международный космический конгресс (IAC-2009) с близкой нам темой: «Космос для стабильного мира и прогресса». Как видите, подготовка ведется с поистине вселенским размахом, и здесь необходимо отметить, что мы заручились поддержкой Министерства иностранных дел Российской Федерации. Предварительная договоренность об этом была достигнута мною еще в феврале с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым: он возложил внешнеполитическое кураторство наших мероприятий на своего заместителя Александра Яковенко. Дипломатическая инфраструктура России, включая посланника в ООН Виталия Чуркина, оповещена и приглашена к участию в организации как конгресса в Южной Корее, так и симпозиума на Кипре.

     — Что из себя представляет МАКСМ с технической точки зрения? Это чтото вроде космического флота, корабли которого наблюдают за определенными участками планеты?

     — Система несравненно сложнее, поскольку состоит не только из космического, но и воздушного, и наземного сегментов. В космосе предполагается разместить шесть спутников на геостационарной орбите — это верхний ярус сегмента. Еще три–четыре спутника выводятся на солнечно-синхронные орбиты — это нижний ярус. Воздушный сегмент включает самолеты, вертолеты, дирижабли и создается отдельными государствами. Данные дистанционного зондирования передаются в национальные станции приема космической информации и в региональные центры сбора и обработки информации.

     — То есть — в наземный сегмент?

     — Роль данного сегмента МАКСМ отнюдь не ограничивается сбором, «перевариванием» и интерпретацией сообщений из атмосферы и космоса. При помощи установленных на Земле датчиков будет осуществляться еще и так называемый непосредственный контроль. Например, если соответствующий датчик расположен в теле ледника, то наблюдение за его перемещением позволит рассчитать время схода ледника по склону горного хребта и своевременно эвакуировать людей из опасной зоны в долине. После обработки вся информация — со спутников, воздушных судов, наземных датчиков — направляется в национальные центры управления в кризисных ситуациях, откуда она поступает как в правительственные органы стран мира, так и в международные центры управления в кризисных ситуациях. Последние передают данные в ООН, а также обмениваются информацией с уже существующими в разных странах системами раннего оповещения о катастрофах.

     — А вам не кажется, что разгар всемирного кризиса — не самый удачный момент для внедрения такого масштабного и дорогостоящего проекта, как МАКСМ?

     — Дело обстоит точно наоборот. В одной только России реализация проекта позволит создать свыше ста тысяч дополнительных рабочих мест, причем, требующих высокой квалификации. Как известно, в периоды экономических депрессий государства стараются трудоустраивать безработных в общественном секторе, скажем, в дорожном строительстве. Далеко не все люди пригодны и способны к таким работам. Зато проект аэрокосмической системы мониторинга глобальных явлений даже в условиях кризиса поможет не только сохранить, но и преумножить наш научно-конструкторский потенциал. Это поспособствует реализации инновационного сценария развития страны, ее прорыву в высокотехнологическое будущее. Добавьте сюда же экономию 80–100 млрд руб в год благодаря предотвращению чрезвычайных ситуаций. И не забудьте спасенные по той же причине жизни и здоровье многих россиян.

Ольга Мартьянова

0409_big_1